Мою маму трахнул дед.
Летние каникулы казались мне страшно скучными, поскольку я никуда не поехал этим летом и коротал время в основном в одиночестве, за компьютерными играми. Мать осталась без летнего отпуска в этом году, отец тоже проводил много дней в рейсах (он - речник и летом у них как раз навигация) . Была мысль отправить меня в деревню к дедушке (папиному отцу) , но тот неожиданно сам решился навестить нас впервые за несколько лет. Он был полный, низкорослый мужчина с седой бородой и усами, в общем типичный дедушка и как подобает типичному деревенскому родственнику, имевшему свой сад-огород, он привез с собой большую корзину, заполненному банками с вареньем и прочими "дарами природы":
- Ешьте ребята! Я один живу, мне эти запасы без надобности, а вам тут в городе в самый раз сгодятся.
- Ладно, бать - сказал ему с иронией отец - ты б еще корову притащил сюда или поросенка, о здоровье бы подумал - тяжесть такую переть хрен знает откуда.
- Да ты не смотри на мои годы, я еще здоровей иных молодых буду! - ответил ему дед, лукаво подмигнув мне.
- Ладно вам спорить, ай да за стол! - скомандовала моя мать, выглянув из кухни.
- Ой, Тамарка, давно тебя не видел, все хорошеешь!
- Не надо лести, Иван Семеныч, похорошеешь тут с этими оболтусами, - ответила мать с укоризной глянув в нашу с отцом сторону.
- А что так? Не берегут тебя?
- Совсем не берегут, одни с ними проблемы, а ты готовь, стирай тут на них, как домработница, честное слово.
- А ты приезжай ко мне погостить, у меня, сама знаешь, воздух, лес, речка и никаких забот.
- Нет, этим летом никак, к сожалению... Вам чай с лимоном или с вареньем?
- С вареньем! - довольно ответил ей дед, глядя с прищуром на ее декольте, пока моя мать наклонившись разливала чай.
Определили деда на постой в мою комнату, так как у меня была двухъярусная кровать (родители когда-то планировали заводить второго *****ка, но так и не собрались) . Вечером, пока взрослые сидели на кухне, раскупорив бутылочку наливки, привезенной дедом, я собрался посмотреть на компе диск с порнофотками, который мне одолжил Борька, мой одноклассник. И как водится, в самый неподходящий момент дед явился укладываться спать, я конечно стушевался и покраснев, резким движением руки выключил монитор, но дед все равно все видел:
- Ух, ты! Это чего у тебя?
- Да, так диск один, приятель дал посмотреть...
- А ну покажь! Да ты не дрефь, я свой, - задорно улыбнулся мне дед и хоть мне было страшно не ловко, я опять включил монитор.
- Ты гляди, что творят! - воскликнул дед, просмотрев несколько картинок, - дрочишь на них поди? Тебе сколько лет то?
- Двенадцать.
- Прибор стоит то небось уже? У меня помнится он как кол по утрам вздымался в твои годы, да и сейчас не жалуюсь... - балагурил дед, застилая себе верхнюю койку, - только картинки - это все пустое, с живой бабой не сравнятся.
- Да где ж мне взять то ее? - спросил я осмелев.
- А ты вокруг посмотри, вот мамка твоя очень даже ничего по-моему... ты часом за ней в не подглядываешь, когда она в ванной моется?
-Да нет дед, я не такой экстимал. - усмехнулся я в ответ.
- А зря, я бы на твоем месте лучше на нее дрочил, чем на этих кукол...
Сказав это, дед лег на свое место, повернулся к стенке и мгновенно отрубился (видимо устал сильно с дороги), а я еще некоторое время размышлял над его словами: "Нет, он прав в том, что мать у меня конечно хоть куда - фигура, стать, взгляд, но как я, ее сын, мог похотливо думать о ней просто как о женщине? Нет, это не для меня... Вот Борька наверное мог бы на нее подрочить, если б увидел без одежды. " И эта мысль, относительно Борьки и моей матери вдруг неожиданно сильно меня завела и быстро "погоняв в кулаке лысого" я спустил в простынь и расслабившись заснул...
На утро, когда мы проснулись, отца уже не было (он уехал опять на пару дней по делам) и пока мать готовила нам завтрак и собиралась на работу, созрела идея, чтобы я показал деду наш город и вот мы втроем уже шагали по улице к автобусной остановке.
- Ну вы то можете и пешком прогуляться, - сказала мать - а я на автобусе поеду до центра, чтоб не опоздать.
- Да и мы наверное прокатимся, чай ноги не казенные, - ответил дед.
- Смотрите, сейчас давка, час-пик... ну вот кстати и автобус.
- Ничего, мы не слишком нежные, да Антох? - весело кивнул мне дед.
В автобусе действительно была куча народу и мы еле-еле протиснулись на заднюю площадку. Я оказался спиной к окну, мать встала лицом ко мне, ухватившись одной рукой за поручень, а другой рукой прижимая сумку, а дед находился как раз за ней. Мы проехали так одну остановку, потом еще народ зашел и мать вплотную прижалась ко мне, не выдержав напора.
- Ой, Антошка, не раздавить бы тебя, - сказала она уперевшись грудью мне в подбородок.
Я стоял не жив не мертв, боясь пошевелиться, как вдруг почувствовал, что дедова рука вылезла из-за маминой спины и взяв мою ладонь, положила ее на мамино бедро, в то самое место, где кончалась юбка. Холодный пот мгновенно прошиб меня, я хотел было одернуть руку, но дед прижимал ее к маминой ноге достаточно крепко и стал ее медленно поднимать вверх, заставляя меня тем самым задирать мамину юбку. Мама, видимо почувствовав что-то неладное, стала пытаться отодвинуться куда-то в сторону, однако у нее ничего не получалось, да и руки были заняты, а моя ладошка тем временем достигла того места, где кончались мамины чулки и я с дрожью коснулся ее гладкой кожи.
- Да что ж это такое... - прошептала она, по прежнему пытаясь отстраниться.
- Женщина, хорэ пихаться! - сделал ей замечание кто-то из пассажиров и она вновь присмирела, а моя рука уже лежала на ее ягодице, туго стянутой трусиками.
И тут я поднял голову вверх, решившись посмотреть ей в лицо. Она тоже смотрела куда-то в потолок, слегка приоткрыв рот, на ее щеках играл румянец. И тут я вдруг, неожиданно для самого себя сдавил ее ягодицу, она зажмурилась и как то быстро задышала. В этот момент автобус приехал на остановку, где выходило много народу (и моя мама в том числе) , толпа закрутила нас и вскоре мы с дедом остались на задней площадке в одиночестве.
- Ну как? - ехидно осведомился дед о моих ощущениях.
- Ты чего, дед, - возмутился я, вытирая пот со лба - она же все поняла!
- Чего она поняла? Что ее кто-то лапал сзади, ты думаешь ей это в первой?
- А ты думаешь, она не догадалась, что это были мы?
- Ну про меня может и подумала, я ведь ей еще кой-куда залез, - подмигнул мне дед, - ну так что с меня, со старого дурня возьмешь? А на тебя вряд ли подумала...
- Нам пора выходить, - перебил я деда и мы вышли из автобуса в город.
Всю первую половину дня, мы гуляли по городу и только к полудню, слегка утомившись, нашли место в тенистом уголке парка, чтобы передохнуть и попить газировки.
- Да, живешь так вот в глуши, никого не видишь, а тут бац - приехал в город, а вокруг столько баб! И молодые, и зрелые, и худые, и пышки... - рассуждал дед, потягивая прохладный лимонад, - тут хочешь или не хочешь, а в штанах зашевелится. У тебя не шевелится?
- Да я привычный, видать, я же в городе родился...
- Да какой ты, к чертям, "привычный"?! - возмутил мой ответ деда, - я и то равнодушным не остался, а ведь повидал уж на свете не мало, а ты еще даже ни одной бабы не тискал... Вон глянь туда!
И дед показал мне на одинокую русоволосую барышню в коротком платьице, сидевшую чуть поодаль на скамейке и листавшую книгу, на вид ей было лет 18-20, очевидно она была студенткой или абитуриенткой и готовилась к экзамену, потому что постоянно делала какие-то пометки на полях книги карандашом.
- Вот ее хотел бы позажимать в укромном уголке?
- Дед, скажешь тоже! Мне об этом только мечтать...
- А зачем мечтать, когда все можно реально устроить?
- Да ты чего, дед! Загребут нас в ментовку с тобой...
- Да кто загребет то? Народу нет никого вокруг, да и она сама помалкивать будет, она тихоня, сразу видать. Ты главное меня слушай, я дело знаю, ты уж поверь.
Коленки у меня дрожали конечно, когда я слушал дедов план, однако адреналин, влившийся в мои жилы сделал свое дело и я пошел в сторону этой девушки.
- Извините, пожалуйста, - обратился я к ней, изображая тревогу в голосе, - у меня там дедушке плохо... я... я не знаю что делать...
Девушка сначала внимательно посмотрела на меня, а потом в ту сторону, где растянулся на траве дед, изображая обморок.
- А ну-ка пойдем, посмотрим! - сказала она вскочив со скамейки, - тебе повезло, что я фельдшер. Надо бы конечно сперва вызвать скорую, но тут может быть дорога каждая секунда.
Склонившись над дедом, барышня первым делом пощупала у него запястье:
- Странно, пульс вроде нормальный. Он на сердце не жаловался?
Я мялся, не зная как лучше соврать, а она тем временем расстегнула дедову рубашку и встав на колени, приникла ухом к его волосатой груди, предоставив мне любоваться своим аппетитным задом. Дедова рука тем временем полезла ей под платье, девушка дернулась и попыталась вскочить, но дед сгреб ее в охапку и покатился вместе с ней в овраг промеж кустов. Я побежал следом.
Хорошо, что лето было жарким и без дождей, поэтому дно оврага было сухим. Барышня конечно вырывалась и пыталась кричать, но дед плотно прижал ее своим грузным телом к земле, одновременно крепко зажав ей рот:
- Ты девонька не шуми, коли жизнь дорога. Мы тебя долго мучить не будем, помацаем слегка и отпустим. Идет?
Выждав еще немного, дед отпустил девушку, та присела и испуганно шаря глазами вокруг, стала потихоньку отползать в сторону, пока не уткнулась спиной в мои ноги. Тут она вздрогнула и тихо захныкала:
- Не надо меня *****овать... пожалуйста...
- Да какие ж из нас *****ьники, сама погляди: старый да малый. Ты не бойся, больно не будет, полапаем тебя чуток и все.
Сказав это, дед стал поглаживать ей икры ног, постепенно переходя на бедра.
- Как звать то тебя, краса? - спросил он между делом.
- Настя...
- Вот что, Настенька, давай платьице твое сымим, чтоб оно нам не мешалось.
- Нет... не надо! - запричитала барышня, пытаясь опустить задранный подол.
- Надо, Настенька, надо, - сказал дед нежно, но крепко, взяв ее рукой за горло, - Тебя что, мужики никогда не щупали? Ох, не поверю!
Девушка быстро поникла и уже не сопротивлялась, когда дед взялся за края ее платья и потянул его вверх, оголяя ее стройные ноги.
- А ну, помоги! - скомандовал он мне, задрав край платья ей до пояса.
Девушка посмотрела на меня снизу в верх и обреченно попыталась расстегнуть молнию у себя сзади, но руки явно ее не хотели слушаться. И тут я вовремя пришел на помощь, расстегнув таки молнию и стянув ее платье через голову. Я не знал, что делать дальше и стоял с платьем в руках, как дурак, таращясь на изящный изгиб ее спины
- Ну что застыл? Теперь лифчик давай! - засмеялся дед.
Я попытался справиться с застежкой лифчика, но опыта в этом деле мне явно не доставало и тут уже девушка пришла мне на помощь, заведя руки за спину и быстрым движением расстегнув застежку. Она так и замерла, прижав расстегнутый лифчик к груди, но я опустился на колени у нее за спиной и вытащил его у нее из рук, однако она продолжала прикрывать грудь ладонями.
- Антоха, что как не живой, девку не знаешь как ласкать? А ну смелее, природа подскажет! - подбадривал меня дед.
Я стал робко гладить девушку по плечам, наслаждаясь приятным запахом ее волос, а дед тем временем принялся стаскивать с нее трусы.
- А! Нет! - вскрикнула она и отпустив грудь, принялась обеими руками пытаться натянуть трусы обратно.
Увидев это, я сразу схватил ее груди руками и стал мять их, что было силы, а дед в это время сорвал с нее трусы и запустил ей руку в промежность, густо поросшую рядами темных волос. Девушка застонала и слезы брызнули у нее из глаз:
- Не надо так... Мне больно!
- Больно, говоришь? Ладно, сейчас по другому сделаем...
Тут дед предложил мне поменяться с ним местами и я согласился, заняв место у ее раздвинутых ног, а дед переместился к верхней части ее тела.
- Почему все это происходит именно со мной? В чем я виновата? - прошептала девушка, закрыв горящее от стыда лицо руками.
- Ну полно убиваться, - сказал дед, обнимая ее и опуская ее голову себе на плечо - У тебя парень есть?
Она молча кивнула ему в знак согласия.
- Ну представь, что ты сейчас с ним, а ты, Антох, поласкай нашу барышню язычком между ног, они это любят.
- Ой, нет! - воскликнула Настя, сжав бедра и испуганно посмотрев на деда.
- Чего так боишься, душа моя? Или никто не делал раньше с тобой такого? Я бы сам не побрезговал, да борода с усами мешают... - говоря все это, дед начал потихоньку подкручивать девушке соски - Там где ты учишься, у тебя наверняка есть любимый преподаватель?
- Есть... - в полголоса ответила девушка.
- А ты хотела, что бы он тебя... прям на перерыве... в своем кабинете... а?
Настя вдруг сильно вздохнула, приоткрыв ротик, и посмотрела как то странно на деда.
- Ну что ты, крошка? - спросил он, добродушно поглаживая ее по щеке, но она вдруг поймала ртом его палец и начала облизывать. Почуяв, что ее бедра расслабились, я раздвинул их и задержав дыхание, приник языком к ее заветному месту. Я лизал ее, пока не почувствовал, что там у нее стало все быстро увлажняться, тогда я поднял голову и увидел, что она с закрытыми глазами во всю сосется с дедом, теребя его шевелюру, а тот дергает ее за торчащие соски. Приоткрыв один глаз, дед велел мне рукой отойти в сторону, и когда я отполз, он навалился на нее всем телом, попутно спуская штаны...
Он жарил ее в течении всего нескольких минут, но ей наверное это показалось вечностью, так она металась под ним, периодически пытаясь скрестить ноги у него на пояснице, но дед не давал ей этого сделать, постоянно раздвигая их в стороны и вот встав на колени и приподняв ее за задницу он сделал несколько мощных толчков тазом и опять рухнул в ее объятия. Так я в первые живьем увидел, как люди занимаются любовью и испытывают оргазм, что признаться произвело на меня сильное впечатление, настолько сильное, что я кончил прямо себе в штаны...
Мы шли с дедом по улице и вели неторопливую беседу, лениво поедая мороженое.
- Зря ты конечно ее трахать не стал, - говорил дед, - девка - огонь! У меня давно уже такой не было.
- Да ты из нее уже весь сок выжал, - отмазывался я, боясь признаться ему, что просто кончил тогда в штаны, при виде как мой дед занимался любовью с молоденькой телкой.
- Эх! Дурак ты, Антошка! - махнул на меня рукой дед и вдруг притормозив возле стоявшего рядом с газетным киоском какого-то лысого толстого мужика, воскликнул:
- Степка? Ты?!
Мужик пристально посмотрел на него и кинулся обниматься с дедом. Оказалось, что это был его закадычный армейский приятель, который жил в нашем городе. Нахлынули воспоминания и дед пригласил своего друга к нам в гости. И вот мы сидим вечером за столом, старики выпивают и закусывают, а я слушаю разинув рот их рассказы.
- А помнишь как нас лейтенант послал отнести ему домой сухпаек, который офицерью во время учений выдавали на нашу долю, а они сами его по хатам тырили? - спросил дед своего сослуживца.
- Как же не помнить, гнида был еще та, этот старлей, но мы на его женке отыгрались тогда неплохо - ответил деду дядя Степан, икая.
- Это как? - заинтересовался я.
- Ой, извини, Вань, наверное, при внуке твоем не стоило мне с пьяна что попало брехать... - начал было оправдываться дедов приятель, но дед решительно перебил его:
- Да ладно! Антоха у меня мировой парень! Да я сейчас сам расскажу как все было. Приходим мы значит, а она там полы моет, а халатик свой значит, задрала на верх, чтоб не замочить...
Тут деда прервал шум открывающейся двери - это пришла с работы моя мама.
- Тамарка! Ты извини, что мы тут это... кореша я свого встретил, в армии вместе служили, столько лет уж прошло, а тут на тебе...
- Степан Владимирович, - представился маме дедов друг, привстав со стула.
- Да, мир тесен, - равнодушно сказала мама входя усталой походкой на кухню и увидев меня добавила:
- Антошка, а ты чего тут, а ну марш спать! Совсем разболтался, уже десять скоро...
Я нехотя ретировался в свою комнату, но ложиться пока не торопился, а решил по обыкновению посмотреть перед сном Борькин диск с порнушкой. Дверь у меня осталась слегка приоткрытой и я слышал все, что происходило на кухне, и это вскоре стало для меня гораздо более занимательным, чем самое жесткое порно в мире.
- Присаживайся, Тамар, - пригласил дед маму за стол, - стопку с нами не желаешь?
- Да нет, я чаю выпью и спать пойду, устала я что-то...
- А может все-таки за знакомство пропустите рюмочку? - настаивал дядя Степан.
- Ну ладно, чтоб спалось крепче, одну можно - согласилась мама.
Послышалось кряхтение, какое издают обычно люди, только что выпившие водку.
- Ой, дате закусить чем, - попросила мама, на что дед ответил:
- После первой не закусывают!
- Это вы, люди привычные, не закусываете, а я водку редко пью, - сказала мама, что-то жуя.
- Семеныч, давай за твою очаровательную дочь теперь выпьем! - предложил деду приятель.
- А вот ты и промахнулся! Тамара не дочь мне, а сноха, - смеясь заметил дед.
- Тогда за сноху, вернее за семью твою в целом! - не унимался дядя Степан.
- Ну, наливай! - ответил дед, - и ей тоже!
- Нет, мне хватит! - запротестовала мама.
- Как так! За семью не выпьешь? Ну это грех вообще!
- Ладно, мальчики, по последней и я спать.
Снова на время воцарилась тишина, а затем опять послышалось кряхтенье, а потом мама сказала:
- Ну все, спокойной ночи!
- Не покидайте нас! Прошу! Хотите на колени встану! - опять оживился дедов приятель.
- А вы потом с них подняться сможете? - ехидно заметила мама.
- Обижаете!
Послышалась какая-то возня (это видимо дядя Степан всеж таки плюхнулся на колени) и чмоканье.
- Целую Вам руки, принцесса!
- Ну тогда уж не принцесса скорей, а королева! - усмехнулась мама.
- А если Вы - королева, то я падаю ниц и целую ноги!
- А вот это уже лишнее, - возразила мама, - Иван Семенович, уймите своего приятеля!
- Хорошо, ну тогда ты по третьей с нами дернешь? На посошок?
- Ну что с Вами поделаешь...
- Наливай! - снова скомандовал дед.
Судя по звукам, они опять уселись за стол и выпили еще по рюмке.
- Ну все, я пошла, а то в голове уже шумит, - сказала мама.
- А как же чай? Вон чайник уж вскипел давно! - робко заметил дед.
- А чай после водки можно разве? - осведомилась мама.
- А почему нет, чай - не пиво, да и мы с Вами выпьем по чашке, - присоединился к деду его приятель.
- Ладно, чай так чай...
Они расставили чашки разлили по ним чай и стали его пить, беседуя о всякой ерунде, потом мама сказала:
- Я вон вторую чашку уже осушила, а вы чего-то не пьете совсем?
- Чай не водка - много не выпьешь! - отшутился дед.
- Ой, чего-то развезло меня, ноги как ватные и голова закружилась - пожаловалась мама.
- Разрешите проводить Вас, так сказать, до постели, - вызвался дядя Степан.
- Да мне бы еще в ванну зайти по дороге, нет уж я сама...
Мама попыталась встать, после чего раздался звон падающей посуды.
- Тихо, тихо! Мы Вас проводим, - суетливо заговорил дедов приятель.
- Только не надо меня лапать, - послышался пьяный голос моей мамы, - меня и так уже сегодня в транспорте всю облапали.
- Трудно удержаться, когда рядом с тобой такая красота, - заметил дед.
- А я так и подумала, что это были наверное Вы, Иван Семенович! Красотой нужно любоваться прежде всего и не обязательно ее руками трогать.
- Да где ж тут полюбуешься, коль под одеждой ничего не видно, - парировал дед.
- Вы это что, меня на стриптиз подбиваете? - засмеялась мама, - и не стыдно Вам?
- А причем тут стыд? - искренне изумился дед, - Вон, когда в музее народ на статуи голые любуется, им чай не стыдно.
- Кому? Статуям? - снова засмеялась мама, - ладно, сделаю вам сюрприз на старости лет, пустите, сейчас приду.
Проходя по коридору мама заглянула в мою комнату, но я уже давно предусмотрительно разделся и лег в кровать, поэтому она спокойно закрыла мою дверь, но я тихо встал и снова приоткрыл ее.
- Ты, чего ей в чай то подмешал? - спросил дядя Степан у деда.
- Да, так, травку одну из деревни привез, - ответил тот.
Мне было страшно любопытно, что там делает в спальне мама, поэтому я осторожно прокрался по коридору в комнату родителей и заглянул туда украдкой. Мама стояла у зеркала в красивом кружевном белье, на высоких каблуках и натягивала на себя свое любимое вечернее платье в обтяжку. У меня перехватило дыхание от мысли о том, что может быть дальше и я стремглав кинулся в свою комнату, затаившись там. В коридоре раздалось цоканье маминых каблучков и под восторженные вздохи стариков она вошла на кухню.
- Ну как, Иван Семенович, одобряете выбор Вашего сына? - обратилась она к деду и сделав паузу добавила:
- Я имею в виду платье.
- Одобряю и завидую, - отозвался дед, - вкусу моего сына.
- И это тоже его подарок, - заявила мама, судя по шуршанию, снимая платье и демонстрируя нижнее белье.
- Потрясающе! - воскликнул дядя Степан.
- А дальше? - спросил дед.
- А дальше я иду в ванну и ложусь спать, - твердо сказала мама.
- Э нет, стриптиз, так стриптиз! - не согласился с ней дед.
Послышалась какая-то возня.
- Что вы делаете? Мы ж договорились руками не трогать! Только любоваться! - заголосила мама.
- А мы сейчас и полюбуемся, - ответил ей дед и продолжил, обращаясь к своему приятелю:
- Степ, я держу ее, а ты трусы с нее стягивай!
- Я буду кричать! Антошка проснется!
- Да? И что он увидит? Как его мамаша в пьяном угаре перед пожилыми людьми голышом вертится?
- Пустите, сволочи...
Дальше послышалось лишь мамино мычание и шлепки по голому телу.
- А-а! Хороша! - выдохнул дядя Степан.
- Погоди, ты чего тут ее собрался чтоль пялить, понесли ее в спальню!
Я пытался разглядеть сквозь щель в дверном проеме, как двое стариков несут мою обнаженную мамашу в спальню, чтобы оттрахать ее, но в темноте промелькнули лишь их силуэты. Дверь родительской спальни плотно закрылась до утра.
Надо ли говорить, что спалось мне в ту ночь не важно. Я то и дело просыпался и прислушивался к происходящему в родительской спальне, но ничего расслышать не мог. В конце концов усталость взяла свое и я погрузился в забытье...
Среди ночи меня будто бы разбудил тревожный голос матери:
- Нет! Что еще вы задумали?!
- Ну-ка, Степ, подержи ее, я за Антошкой схожу, - сказал дед.
- Не-е-ет!!! - раздался срывающийся на плачь, крик моей матери. Потом послышались удары ладоней по щекам и хриплый бас дяди Степана:
- Заткнись шлюха! В жизни все нужно попробовать.
Дед заглянул в мою спальню:
- Антоха, знаю, что ты не спишь и все слышишь... пойдем... покажу чего...
Я привстаю на кровати и следую за дедом в родительскую спальню, наблюдая по дороге как по его спине сверкая в темноте скатываются капли пота... он зажигает свет...
Моя мама лежит абсолютно голая на своем супружеском ложе, а толстый и лысый дядя Степан, так же голый, одной волосатой рукой зажимает ей рот, а другой держит ей руки, пытаясь одновременно ногой разжать плотно сомкнутые мамины коленки.
- Брыкается, стерва! Давай, Вань, вместе, - обращается он к деду.
Дед ложиться по другую сторону от моей мамы и помогает обездвижить ее окончательно, зафиксировав мамины ноги в раздвинутом положении. Я медленно стаскиваю с себя трусы, обнажая свой возбужденный член и начинаю приближаться к маме в каком-то исступлении.
- М-м-м-м!!! - мычит она, пытаясь освободиться от держащих ее рук, но тщетно. Ее глаза испуганно и умоляюще смотрят на меня, но я непреклонен.
Я пристраиваю свой инструмент к ее хлюпающему лону и вгоняю его туда что есть силы, глядя как вздымается от участившегося дыхания ее красивая грудь. Я буквально скольжу между ее бедер по бархатистой коже, забывшись в сладкой истоме... немного отойдя от первого кайфа и приподнявшись на руках, я вдруг вижу, что дед с приятелем уже не держат ее, а тискают ее груди, а она попеременно сосется с ними, своими руками лаская их набухающие члены. Видя такую картину, я начинаю кончать, изливая в нее море моего семени...
Я проснулся, от того, что у меня в плавках было мокро. Я быстро сообразил, что это была поллюция, вызванная моим сновидением. Обнаружив, что уже рассвело, я сменил трусы и решил все же заглянуть в родительскую спальню и как можно осторожнее, боясь малейшего шороха, приоткрыл дверь туда...
То, что я там увидел, чуть не заставило меня упасть в обморок. На кровати моих родителей лежала моя мама в обнимку с дядей Степаном, закинув на него ногу! А дед, лежат от нее по другую сторону, положив руку ей на бедро. При этом они были полностью голыми и не прикрыты одеялом или простыней! Тут моя мама слегка пошевелилась и я опрометью кинулся в свою комнату, зарывшись там под одеялом. Слегка успокоившись, я стал прислушиваться и услышал как моя мама медленно встала с кровати и со словами: "Боже, что я вчера наделала!", накинув халат, отправилась в ванну.
Пока она умывалась, проснулись и дед с дядей Степаном. Судя по их неразборчивому бурчанию, состояние у них было не из лучших, но тем не менее они быстро поднялись, оделись и отправились на кухню "залечивать раны" крепким чаем. Пока они были там, мама вышла из ванны и стала торопливо собираться на работу. Она хотела выскочить из квартиры незамеченной, но дядя Степан перехватил ее в коридоре:
- Куда же Вы, королева, не попрощавшись?
- Не надо! Пустите, хватит! Мне и так не по себе после вчерашнего...
- Королеве стыдно за подаренную нам ночь любви? Ну а чая попить ей с нами не стыдно?
- Нет, я на работе попью, - отбивалась моя мама.
- Тамар, иди, выпей чайку! Человеком себя почувствуешь! - послышался голос деда с кухни.
Мама молча последовала его призыву. Было слышно как она пила чай нервными глотками в полной тишине, потом послышалось какое-то движение на кухне.
- Степан, перестаньте! - заговорила вдруг мама, - Вы понимаете, что мне трудно пережить то, что случилось!
- Да ладно, королева, - послышался вкрадчивый голос дедова приятеля, - вчера Вы просили, что бы я не останавливался, а теперь уже "трудно пережить"...
- О, боже! - воскликнула моя мама и ее возглас был прерван звуком поцелуя. Потом отчетливо слышалось сосредоточенное стариковское пыхтение и вздохи моей матери, шелест слетающей одежды и звон посуды на столе.
- Иди ко мне, моя сладкая! - заурчал дядя Степан.
- Не надо... Антошка... проснется... - прерывисто заголосила моя мама.
- После вчерашней прогулки, он как сурок часов до десяти проспит, - успокаивал ее дед, - так что можешь совсем раздеться.
- О, что я творю! - судорожно застонала мама. Послышался треск раздираемой ткани и шлепки по голому телу.
- О хорошо то как, молодуху драть! - зарычал дядя Степан, - смотри, как тащится! Видно сынок твой ее не дотрахивает...
- Ну еще! Не останавливайтесь, пожалуйста! - завизжала моя мама в ответ на его слова.
- Все, не могу больше... - взмолился приятель деда, - я спустил уже. Давай ты!
- Да не, мне вчерашнего хватило, - отнекивался дед.
- Иван Семенович, возьмите меня! - заверещала вдруг мама каким-то не своим голосом, - дайте мне то, чего мне не хватает с вашим сыном!
- Ну ты и шлюха, Тамарка! - отозвался дед, - раздвигай ляжки пошире! Коль сынок не справляется, я подсоблю...
Послышалось напряженное сопенье деда, плавно переходящее в вой, издаваемый моей матерью.
- Степа, рот ей заткни полотенцем, а то она так весь дом разбудит! - распорядился дед, не сбавляя темпа. Я был в шоке: моя скромная мама во всю кончала на кухонном столе под дедом!
Вечером, когда вернулся отец, мама и дед вели себя так, как будто между ними ничего никогда не было и в помине и я тоже ничем старался не выдать, что мне известна их тайна, однако дед очевидно о чем-то догадывался, потому что когда мы ложились спать, он вдруг сказал мне, залезая к себе наверх с хитрым прищуром на лице:
- Все-таки телевизор лучше чем радио, согласись. Я про то, что смотреть и слушать лучше, чем просто слушать, а еще лучше самому участвовать.
Я долго лежал пытаясь заснуть, но сон ко мне не шел. Я размышлял на тему - как мне относится к своей собственной матери, если она ведет себя столь бесстыдным образом? С одной стороны мне казалось, что она перестала быть для меня матерью в том смысле, в каком была раньше и я мог теперь взглянуть на нее просто как на самку, с другой стороны: мать - это все же мать.
Вдруг дверь приоткрылась и на пороге моей комнаты появилась мама. Я мгновенно закрыл глаза, притворившись, что давно и крепко сплю. Мама тихо наклонилась надо мной и поправила на мне одеяло. В этот момент наверху зашевелился дед. Мама мгновенно выпрямилась и неожиданно для себя оказалась у деда между ног, свисающих с верхней кровати. Я слегка приоткрыл глаза и мог видеть, как дед положил маме ноги на плечи, хотя мамино лицо было скрыто от меня верхним ярусом кровати.
- Ой, Иван Семенович, не начинайте лучше! - прошептала с тревогой в голосе моя мама.
- Да ладно, не боись, на ко вот, оближи лучше. - так же шепотом ответил дед.
Сверху послышались чавкающие звуки, издаваемые маминым ртом и довольные вздохи деда.
- Иди ко мне! - попросил он ее томно.
- Да Вы что! Антошка тут внизу спит... и Петя дома сегодня...
- А чего ты тогда пришла сюда, а? Скажешь сына проведать? - ехидно усмехнулся дед и опустив сверху руки стал стягивать с нее ночную рубашку.
- Застукают нас, как пить дать! - пискнула мама.
- И тебя от этого заводит, не так ли? - заметил в ответ дед.
- Ох, не могу больше! - сказала мама и полезла наверх, виляя перед моим лицом обнаженными бедрами, меж которых красовался черный треугольник густых волос.
Верхняя кровать задергалась и слегка заскрипела, заглушая тихие стоны моей мамы.
- Ща Антошке братика или сестричку заделаем невзначай - прошептал дед, - и Петру моему *****очек тоже братиком будет... или сестричкой...
- Да! - с придыханием отозвалась мама. После этого кровать наверху затряслась быстрее, а потом вдруг все неожиданно затихло...
Спустя минуту мать слезла в низ и с причитаниями: "О, господи! Что ж я делаю то!" натянула начнушку и удалилась восвояси, а дед мерно захрапел. "Я тоже хотел бы себе братика сделать... себе и отцу... " - возникла крамольная мысль у меня в голове, выскочив откуда-то из глубин подсознания, и я стал неистово дрочить...
На следующий день папа был выходным и мы с ним вместе смотрели футбол по ящику. В это самое время, кто-то позвонил в дверь.
- Антон, это к тебе - сказала мама.
Недовольно буркнув, я вышел в коридор, гадая о том, кого принесла нелегкая. Ну конечно это был Борька!
- Здорово, Пепел! Че делаешь? - поприветствовал он меня, переступая порог квартиры
-Да так, футболян зырю, - ответил я.
- Понятно, дисочек то мой посмотрел?
- Пошли, отдам.
Мы прошли ко мне в комнату, где наверху лежал дед, читая газету.
- Здрасте! - промямлил Борька.
- Здорово, коль не шутишь! - как всегда с хитрым прищуром, кивнул ему дед и затем продолжил:
- Я дед Антошкин, из деревни погостить приехал, а ты стало быть Борис?
- Ага, - разинул рот мой приятель, поражаясь осведомленности деда - а Вы откуда знаете меня?
- Как же, наслышан, небось фотки свои порнушные пришел забрать?
Борька с недоумением поглядел на меня.
- Не боись, дед свой, - успокоил я его деловито.
- Да, мы вот с Антохой давеча говорили на счет того, что фотки у тебя хороши конечно, но живая баба лучше всяких фоток, - принялся рассуждать дед
- Да уж, мечтать не вредно, - криво улыбнулся Борька.
- Хе, мечтать говоришь? - сказал дед, снова хитро прищурившись, - а ну- ка Антон, сбегай за мамкой на кухню! Скажи мол дед завет...
Сердце у меня екнуло, но тем не менее я выполнил просьбу деда и позвал ничего не подозревающую маму к себе в комнату, однако сам по дороге замешкался услышав, что по телеку на футбольном поле разыгрывали угловой, и когда подошел к двери вслед за мамой, то она оказалась запертой изнутри. Что происходило за дверью моей комнаты в эти минуты мне оставалось только догадываться, ибо расслышать я ничего не мог. Я стоял так под дверью минут десять- пятнадцать, а в соседней комнате чертыхался мой отец, глядя как его любимая команда никак не может забить и ничего не подозревая о том, что его жена заперлась в комнате сына в интересной компании. "Что же там происходит?"- задавал я себе вопрос. И мое воображение рисовало мне в ответ мою обнаженную мать, которая бессовестно раскинув ноги отдается Борьке на моей кровати, а тот с наглой раскрасневшейся рожей пялит ее своим отростком, обхватив своими потными ладошками ее роскошные ягодицы...
Мой поток фантазий был прерван внезапно распахнувшейся дверью из-за которой закрыв одной рукой лицо, а другой придерживая полы распахнутого халата, вырвалась моя мама и опрометью бросилась в ванну, а я шагнул за порог комнаты, увидев там застегивающего с ошарашенным видом штаны Борьку и довольно ухмыляющегося деда. Борька ни говоря не слова, схватил валявшийся на столе диск и выбежал из квартиры, сильно хлопнув входной дверью. В углу, возле кровати валялись разорванные трусы мой мамы.
- Что тут было? - спросил я деда, нервно сглотнув слюну.
- Да ничего особенного, - пытался успокоить меня дед - помусолил он об нее чуток и кончил промеж сисек.
- А она чего?
- А она... ты пойми, Антош, что она - прежде всего баба...
На следующий день было воскресенье и я в компании деда и мамы с утра отправился прогуляться по парку. Мать пошла с нами, видимо по той причине, что не хотела оставаться дома наедине с отцом, так ее мучила совесть, да и мне в лицо она смотреть избегала. Идя вдоль по тенистой алее, мы вышли в безлюдный уголок, к пруду, где плавали утки. Там мы остановились возле ограды, чтобы понаблюдать за ними.
- Ой, надо было хлеба взять, покормили бы их, - как бы невзначай сказала мама.
- Да ладно, Тамар, их и так тут уже поди закормили, - заметил дед, обнимая маму за талию, - тут у них вообще не жизнь наверное, а сплошная лафа. Жри, да любовью занимайся!
- Иван Семенович, при Антоне будьте по аккуратней пожалуйста, в выражениях, - строго осадила его мама, снимая его руку со своей талии.
- А чего мне Антона то стесняться? Или мы с ним не родня? - усмехнулся дед и мягко шлепнул маму по заду. Она зарделась румянцем и повернувшись к деду процедила сквозь зубы:
- Иван Семенович, прекратите! Не доводите до скандала... по хорошему прошу.
- Ишь, ты! Сына застеснялась? А дружку его себя вчера везде лапать давала, во всех местах...
Тут мама заревела, закрыв лицо руками и бросилась стремительным шагом по пустынной алее прочь от нас.
- Зачем ты так с ней? - с укором обратился я к деду, поскольку был ошарашен его выходкой не меньше мамы.
- Не дрефь, Антон! - спокойно ответил мне дед, подмигнув - сейчас она будет наша!
От его последних слов меня передернуло, но я все равно кинулся за ним следом, когда увидел, что он отправился догонять маму. Поравнявшись с ней, дед схватил маму под руку и завлек ее в придорожные заросли, не смотря на мамины протесты, а я остановился подле и стал наблюдать за происходящим из-за кустов.
- Пусти! Антон же рядом! - вырывалась мама из его цепких объятий, но дед был неумолим:
- А что? Думаешь, он ничего не знает? Все он знает, и про нас с тобой, и про Степана, и про Борьку. Не надо его за сосунка держать!
Дед прижал маму к дереву и стал ее страстно целовать в губы, стягивая бретельки сарафана.
- Не может быть! - завопила мама, пытаясь освободится из последних сил, - я не верю!
- Не веришь? - сказал дед деловито, поглаживая обнаженные мамины бедра, - а давай его самого спросим... Эй, Антон, я знаю, что ты тут! Подойди к нам!
Я медленно, на ватных ногах, будто зомби, появился перед ними из-за кустов, стараясь не поднимать головы, но все равно, не выдержав, украдкой взглянул на маму. Она была прекрасна с обнаженными плечами, задранным подолом, со слегка приоткрытым ртом и изумленным и испуганным одновременно выражением глаз.
- Скажи, - робко проговорила мама, - ты... ты знаешь про нас все?
Я молча кивнул ей в ответ.
- Откуда? Ты наблюдал за мной? Когда. . когда я... - мама не смогла закончить фразы, так как дед помешал ей, сдернув с нее резким движением сарафан. Мама вздрогнула при этом и обняла себя руками, стараясь прикрыть наготу, хотя на ней еще оставались лифчик, трусики, босоножки и украшения.
- Да! - набравшись смелости, уверенно заявил я, - Я все знаю!
Мама подняла глаза в верх на какое-то время и стояла так молча, размышляя о чем-то, потом резко опустила вдруг голову, тряхнув волосами и смерила меня томным взглядом.
- Ну и как ты ко мне относишься теперь... после всего этого? - спросила она меня неровным, слегка хрипящим голосом.
- Еще не знаю, - ответил я.
- Ничего, трахнешь ее сейчас и все узнаешь! - сказал дед, заводя мамины руки за дерево и привязывая их там ремешком от ее же сумочки.
- Нет, Антон не такой, он не сделает этого, правда *****? - суетливо заговорила мама, сама не веря своим словам.
- Это почему не сделает? Что он пидор что ль или импотент? Что ж не трахнуть то такую бабу, когда есть возможность, да Антох? - подмигнул мне дед, - Хочешь ее сам до конца раздеть?
- Сначала я сам разденусь, - твердо сказал я.
- Нет, Антошенька, не надо, я же тебя... ты же часть меня... - захныкала мама, глядя как я обнажаюсь.
- Ты, Антох, ее не слушай, все они так говорят, мол "нет, не надо" - продолжил свои рассуждения дед, - но это только по началу. Вот вчера перед Борькой она тоже мялась, мне ее аж держать пришлось, а потом, как он с нее трусы сорвал, да свой огрызок вынул, она аж заскулила от счастья.
- Нет, нет! Я не такая! - причитала моя мама в истереке, мотая головой из стороны в сторону.
Я не мог больше выдержать и набросился на нее со вздыбленным членом, срывая мамино белье.
- Там... в автобусе... это был я! - прошептал я ей на ухо и тут же вставил в ее лоно свой разбухший стержень. Мама зажмурилась широко открыв рот и стала прерывисто дышать в такт моим конвульсивным движениям между ее бедрами. Я кончал в мою первую женщину, скуля при этом как щенок и на самом пике истомы я схватил ртом ее грудь и стал неистово сосать ее.
- Что ж ты, детство небось вспомнил, в сиську так впился! - усмехнулся уже так же успевший раздеться дед, отодвигая меня в сторону. - А ну-ка, дай я ей засажу!
С этими словами он обхватил обеими руками ее ягодицы и насадил маму на свой мощный ствол. Он трахал ее размеренно, меняя темп, со знанием дела, доставляя тем самым маме немыслимое наслаждение. Я стоял рядом и смотрел как она закатывает глаза, потом стал гладить ее...
- Антошка, поцелуй меня в губы... пожалуйста! - вдруг взмолилась моя мама и я приподнявшись на цыпочках, прильнул к ее рту свом, запустив язык ей во внутрь. В этот момент дед вдруг кончил.
- А-а-а! - зарычал он изливая ей свое семя и похлопывая маму по ляжкам.
- Антон, возьми теперь ты меня еще раз! Смелее! Не думай о том, что я твоя мать... я... я больше тебе не мать, тебе мать не нужна, ты вырос уже совсем... смотри какой у тебя член большой... тебе не мать нужна, а женщина, баба... которую можно вот так вот бесцеремонно трахать...
Моя мама была как в бреду, она смотрела на меня горячим взглядом, струйки пота бежали по ее лицу. Я не заставил себя долго ждать и снова пристроился между ее ног, почувствовав, как они сомкнулись за моей спиной...
- О, боже! - застонала мама, когда я вторично вошел в нее, - обними меня крепче, *****...
Она стала кончать почти сразу, шепча при этом, чтобы я засунул ей глубже и обязательно достал до матки, оросив ее своей спермой. Получилось ли это у меня - сказать не могу, ибо все происходящее расплывалось передо мной в тумане...
- Ну ладно, пойдем дальше гулять! - сказал мне дед, когда мы оделись.
- Постойте! - вдруг спохватилась все еще прибывавшая в неге мама, - меня то развяжите!
- А зачем? - равнодушно ответил ей дед, - мы попользовались, вдруг еще кому-то захочется.
- Нет, не шутите так, Иван Семенович! - возмутилась мама - Я... я кричать буду!
- Кричи! Место глухое, может бомжи какие на крик и прибегут, позабавятся... Ай да, Антоха!
И мы с дедом пошли не оборачиваясь и не обращая внимания на просьбы и мольбы моей мамы не бросать ее, а она осталась стоять голой, привязанной к дереву ремнем собственной сумочки.
- Ешьте ребята! Я один живу, мне эти запасы без надобности, а вам тут в городе в самый раз сгодятся.
- Ладно, бать - сказал ему с иронией отец - ты б еще корову притащил сюда или поросенка, о здоровье бы подумал - тяжесть такую переть хрен знает откуда.
- Да ты не смотри на мои годы, я еще здоровей иных молодых буду! - ответил ему дед, лукаво подмигнув мне.
- Ладно вам спорить, ай да за стол! - скомандовала моя мать, выглянув из кухни.
- Ой, Тамарка, давно тебя не видел, все хорошеешь!
- Не надо лести, Иван Семеныч, похорошеешь тут с этими оболтусами, - ответила мать с укоризной глянув в нашу с отцом сторону.
- А что так? Не берегут тебя?
- Совсем не берегут, одни с ними проблемы, а ты готовь, стирай тут на них, как домработница, честное слово.
- А ты приезжай ко мне погостить, у меня, сама знаешь, воздух, лес, речка и никаких забот.
- Нет, этим летом никак, к сожалению... Вам чай с лимоном или с вареньем?
- С вареньем! - довольно ответил ей дед, глядя с прищуром на ее декольте, пока моя мать наклонившись разливала чай.
Определили деда на постой в мою комнату, так как у меня была двухъярусная кровать (родители когда-то планировали заводить второго *****ка, но так и не собрались) . Вечером, пока взрослые сидели на кухне, раскупорив бутылочку наливки, привезенной дедом, я собрался посмотреть на компе диск с порнофотками, который мне одолжил Борька, мой одноклассник. И как водится, в самый неподходящий момент дед явился укладываться спать, я конечно стушевался и покраснев, резким движением руки выключил монитор, но дед все равно все видел:
- Ух, ты! Это чего у тебя?
- Да, так диск один, приятель дал посмотреть...
- А ну покажь! Да ты не дрефь, я свой, - задорно улыбнулся мне дед и хоть мне было страшно не ловко, я опять включил монитор.
- Ты гляди, что творят! - воскликнул дед, просмотрев несколько картинок, - дрочишь на них поди? Тебе сколько лет то?
- Двенадцать.
- Прибор стоит то небось уже? У меня помнится он как кол по утрам вздымался в твои годы, да и сейчас не жалуюсь... - балагурил дед, застилая себе верхнюю койку, - только картинки - это все пустое, с живой бабой не сравнятся.
- Да где ж мне взять то ее? - спросил я осмелев.
- А ты вокруг посмотри, вот мамка твоя очень даже ничего по-моему... ты часом за ней в не подглядываешь, когда она в ванной моется?
-Да нет дед, я не такой экстимал. - усмехнулся я в ответ.
- А зря, я бы на твоем месте лучше на нее дрочил, чем на этих кукол...
Сказав это, дед лег на свое место, повернулся к стенке и мгновенно отрубился (видимо устал сильно с дороги), а я еще некоторое время размышлял над его словами: "Нет, он прав в том, что мать у меня конечно хоть куда - фигура, стать, взгляд, но как я, ее сын, мог похотливо думать о ней просто как о женщине? Нет, это не для меня... Вот Борька наверное мог бы на нее подрочить, если б увидел без одежды. " И эта мысль, относительно Борьки и моей матери вдруг неожиданно сильно меня завела и быстро "погоняв в кулаке лысого" я спустил в простынь и расслабившись заснул...
На утро, когда мы проснулись, отца уже не было (он уехал опять на пару дней по делам) и пока мать готовила нам завтрак и собиралась на работу, созрела идея, чтобы я показал деду наш город и вот мы втроем уже шагали по улице к автобусной остановке.
- Ну вы то можете и пешком прогуляться, - сказала мать - а я на автобусе поеду до центра, чтоб не опоздать.
- Да и мы наверное прокатимся, чай ноги не казенные, - ответил дед.
- Смотрите, сейчас давка, час-пик... ну вот кстати и автобус.
- Ничего, мы не слишком нежные, да Антох? - весело кивнул мне дед.
В автобусе действительно была куча народу и мы еле-еле протиснулись на заднюю площадку. Я оказался спиной к окну, мать встала лицом ко мне, ухватившись одной рукой за поручень, а другой рукой прижимая сумку, а дед находился как раз за ней. Мы проехали так одну остановку, потом еще народ зашел и мать вплотную прижалась ко мне, не выдержав напора.
- Ой, Антошка, не раздавить бы тебя, - сказала она уперевшись грудью мне в подбородок.
Я стоял не жив не мертв, боясь пошевелиться, как вдруг почувствовал, что дедова рука вылезла из-за маминой спины и взяв мою ладонь, положила ее на мамино бедро, в то самое место, где кончалась юбка. Холодный пот мгновенно прошиб меня, я хотел было одернуть руку, но дед прижимал ее к маминой ноге достаточно крепко и стал ее медленно поднимать вверх, заставляя меня тем самым задирать мамину юбку. Мама, видимо почувствовав что-то неладное, стала пытаться отодвинуться куда-то в сторону, однако у нее ничего не получалось, да и руки были заняты, а моя ладошка тем временем достигла того места, где кончались мамины чулки и я с дрожью коснулся ее гладкой кожи.
- Да что ж это такое... - прошептала она, по прежнему пытаясь отстраниться.
- Женщина, хорэ пихаться! - сделал ей замечание кто-то из пассажиров и она вновь присмирела, а моя рука уже лежала на ее ягодице, туго стянутой трусиками.
И тут я поднял голову вверх, решившись посмотреть ей в лицо. Она тоже смотрела куда-то в потолок, слегка приоткрыв рот, на ее щеках играл румянец. И тут я вдруг, неожиданно для самого себя сдавил ее ягодицу, она зажмурилась и как то быстро задышала. В этот момент автобус приехал на остановку, где выходило много народу (и моя мама в том числе) , толпа закрутила нас и вскоре мы с дедом остались на задней площадке в одиночестве.
- Ну как? - ехидно осведомился дед о моих ощущениях.
- Ты чего, дед, - возмутился я, вытирая пот со лба - она же все поняла!
- Чего она поняла? Что ее кто-то лапал сзади, ты думаешь ей это в первой?
- А ты думаешь, она не догадалась, что это были мы?
- Ну про меня может и подумала, я ведь ей еще кой-куда залез, - подмигнул мне дед, - ну так что с меня, со старого дурня возьмешь? А на тебя вряд ли подумала...
- Нам пора выходить, - перебил я деда и мы вышли из автобуса в город.
Всю первую половину дня, мы гуляли по городу и только к полудню, слегка утомившись, нашли место в тенистом уголке парка, чтобы передохнуть и попить газировки.
- Да, живешь так вот в глуши, никого не видишь, а тут бац - приехал в город, а вокруг столько баб! И молодые, и зрелые, и худые, и пышки... - рассуждал дед, потягивая прохладный лимонад, - тут хочешь или не хочешь, а в штанах зашевелится. У тебя не шевелится?
- Да я привычный, видать, я же в городе родился...
- Да какой ты, к чертям, "привычный"?! - возмутил мой ответ деда, - я и то равнодушным не остался, а ведь повидал уж на свете не мало, а ты еще даже ни одной бабы не тискал... Вон глянь туда!
И дед показал мне на одинокую русоволосую барышню в коротком платьице, сидевшую чуть поодаль на скамейке и листавшую книгу, на вид ей было лет 18-20, очевидно она была студенткой или абитуриенткой и готовилась к экзамену, потому что постоянно делала какие-то пометки на полях книги карандашом.
- Вот ее хотел бы позажимать в укромном уголке?
- Дед, скажешь тоже! Мне об этом только мечтать...
- А зачем мечтать, когда все можно реально устроить?
- Да ты чего, дед! Загребут нас в ментовку с тобой...
- Да кто загребет то? Народу нет никого вокруг, да и она сама помалкивать будет, она тихоня, сразу видать. Ты главное меня слушай, я дело знаю, ты уж поверь.
Коленки у меня дрожали конечно, когда я слушал дедов план, однако адреналин, влившийся в мои жилы сделал свое дело и я пошел в сторону этой девушки.
- Извините, пожалуйста, - обратился я к ней, изображая тревогу в голосе, - у меня там дедушке плохо... я... я не знаю что делать...
Девушка сначала внимательно посмотрела на меня, а потом в ту сторону, где растянулся на траве дед, изображая обморок.
- А ну-ка пойдем, посмотрим! - сказала она вскочив со скамейки, - тебе повезло, что я фельдшер. Надо бы конечно сперва вызвать скорую, но тут может быть дорога каждая секунда.
Склонившись над дедом, барышня первым делом пощупала у него запястье:
- Странно, пульс вроде нормальный. Он на сердце не жаловался?
Я мялся, не зная как лучше соврать, а она тем временем расстегнула дедову рубашку и встав на колени, приникла ухом к его волосатой груди, предоставив мне любоваться своим аппетитным задом. Дедова рука тем временем полезла ей под платье, девушка дернулась и попыталась вскочить, но дед сгреб ее в охапку и покатился вместе с ней в овраг промеж кустов. Я побежал следом.
Хорошо, что лето было жарким и без дождей, поэтому дно оврага было сухим. Барышня конечно вырывалась и пыталась кричать, но дед плотно прижал ее своим грузным телом к земле, одновременно крепко зажав ей рот:
- Ты девонька не шуми, коли жизнь дорога. Мы тебя долго мучить не будем, помацаем слегка и отпустим. Идет?
Выждав еще немного, дед отпустил девушку, та присела и испуганно шаря глазами вокруг, стала потихоньку отползать в сторону, пока не уткнулась спиной в мои ноги. Тут она вздрогнула и тихо захныкала:
- Не надо меня *****овать... пожалуйста...
- Да какие ж из нас *****ьники, сама погляди: старый да малый. Ты не бойся, больно не будет, полапаем тебя чуток и все.
Сказав это, дед стал поглаживать ей икры ног, постепенно переходя на бедра.
- Как звать то тебя, краса? - спросил он между делом.
- Настя...
- Вот что, Настенька, давай платьице твое сымим, чтоб оно нам не мешалось.
- Нет... не надо! - запричитала барышня, пытаясь опустить задранный подол.
- Надо, Настенька, надо, - сказал дед нежно, но крепко, взяв ее рукой за горло, - Тебя что, мужики никогда не щупали? Ох, не поверю!
Девушка быстро поникла и уже не сопротивлялась, когда дед взялся за края ее платья и потянул его вверх, оголяя ее стройные ноги.
- А ну, помоги! - скомандовал он мне, задрав край платья ей до пояса.
Девушка посмотрела на меня снизу в верх и обреченно попыталась расстегнуть молнию у себя сзади, но руки явно ее не хотели слушаться. И тут я вовремя пришел на помощь, расстегнув таки молнию и стянув ее платье через голову. Я не знал, что делать дальше и стоял с платьем в руках, как дурак, таращясь на изящный изгиб ее спины
- Ну что застыл? Теперь лифчик давай! - засмеялся дед.
Я попытался справиться с застежкой лифчика, но опыта в этом деле мне явно не доставало и тут уже девушка пришла мне на помощь, заведя руки за спину и быстрым движением расстегнув застежку. Она так и замерла, прижав расстегнутый лифчик к груди, но я опустился на колени у нее за спиной и вытащил его у нее из рук, однако она продолжала прикрывать грудь ладонями.
- Антоха, что как не живой, девку не знаешь как ласкать? А ну смелее, природа подскажет! - подбадривал меня дед.
Я стал робко гладить девушку по плечам, наслаждаясь приятным запахом ее волос, а дед тем временем принялся стаскивать с нее трусы.
- А! Нет! - вскрикнула она и отпустив грудь, принялась обеими руками пытаться натянуть трусы обратно.
Увидев это, я сразу схватил ее груди руками и стал мять их, что было силы, а дед в это время сорвал с нее трусы и запустил ей руку в промежность, густо поросшую рядами темных волос. Девушка застонала и слезы брызнули у нее из глаз:
- Не надо так... Мне больно!
- Больно, говоришь? Ладно, сейчас по другому сделаем...
Тут дед предложил мне поменяться с ним местами и я согласился, заняв место у ее раздвинутых ног, а дед переместился к верхней части ее тела.
- Почему все это происходит именно со мной? В чем я виновата? - прошептала девушка, закрыв горящее от стыда лицо руками.
- Ну полно убиваться, - сказал дед, обнимая ее и опуская ее голову себе на плечо - У тебя парень есть?
Она молча кивнула ему в знак согласия.
- Ну представь, что ты сейчас с ним, а ты, Антох, поласкай нашу барышню язычком между ног, они это любят.
- Ой, нет! - воскликнула Настя, сжав бедра и испуганно посмотрев на деда.
- Чего так боишься, душа моя? Или никто не делал раньше с тобой такого? Я бы сам не побрезговал, да борода с усами мешают... - говоря все это, дед начал потихоньку подкручивать девушке соски - Там где ты учишься, у тебя наверняка есть любимый преподаватель?
- Есть... - в полголоса ответила девушка.
- А ты хотела, что бы он тебя... прям на перерыве... в своем кабинете... а?
Настя вдруг сильно вздохнула, приоткрыв ротик, и посмотрела как то странно на деда.
- Ну что ты, крошка? - спросил он, добродушно поглаживая ее по щеке, но она вдруг поймала ртом его палец и начала облизывать. Почуяв, что ее бедра расслабились, я раздвинул их и задержав дыхание, приник языком к ее заветному месту. Я лизал ее, пока не почувствовал, что там у нее стало все быстро увлажняться, тогда я поднял голову и увидел, что она с закрытыми глазами во всю сосется с дедом, теребя его шевелюру, а тот дергает ее за торчащие соски. Приоткрыв один глаз, дед велел мне рукой отойти в сторону, и когда я отполз, он навалился на нее всем телом, попутно спуская штаны...
Он жарил ее в течении всего нескольких минут, но ей наверное это показалось вечностью, так она металась под ним, периодически пытаясь скрестить ноги у него на пояснице, но дед не давал ей этого сделать, постоянно раздвигая их в стороны и вот встав на колени и приподняв ее за задницу он сделал несколько мощных толчков тазом и опять рухнул в ее объятия. Так я в первые живьем увидел, как люди занимаются любовью и испытывают оргазм, что признаться произвело на меня сильное впечатление, настолько сильное, что я кончил прямо себе в штаны...
Мы шли с дедом по улице и вели неторопливую беседу, лениво поедая мороженое.
- Зря ты конечно ее трахать не стал, - говорил дед, - девка - огонь! У меня давно уже такой не было.
- Да ты из нее уже весь сок выжал, - отмазывался я, боясь признаться ему, что просто кончил тогда в штаны, при виде как мой дед занимался любовью с молоденькой телкой.
- Эх! Дурак ты, Антошка! - махнул на меня рукой дед и вдруг притормозив возле стоявшего рядом с газетным киоском какого-то лысого толстого мужика, воскликнул:
- Степка? Ты?!
Мужик пристально посмотрел на него и кинулся обниматься с дедом. Оказалось, что это был его закадычный армейский приятель, который жил в нашем городе. Нахлынули воспоминания и дед пригласил своего друга к нам в гости. И вот мы сидим вечером за столом, старики выпивают и закусывают, а я слушаю разинув рот их рассказы.
- А помнишь как нас лейтенант послал отнести ему домой сухпаек, который офицерью во время учений выдавали на нашу долю, а они сами его по хатам тырили? - спросил дед своего сослуживца.
- Как же не помнить, гнида был еще та, этот старлей, но мы на его женке отыгрались тогда неплохо - ответил деду дядя Степан, икая.
- Это как? - заинтересовался я.
- Ой, извини, Вань, наверное, при внуке твоем не стоило мне с пьяна что попало брехать... - начал было оправдываться дедов приятель, но дед решительно перебил его:
- Да ладно! Антоха у меня мировой парень! Да я сейчас сам расскажу как все было. Приходим мы значит, а она там полы моет, а халатик свой значит, задрала на верх, чтоб не замочить...
Тут деда прервал шум открывающейся двери - это пришла с работы моя мама.
- Тамарка! Ты извини, что мы тут это... кореша я свого встретил, в армии вместе служили, столько лет уж прошло, а тут на тебе...
- Степан Владимирович, - представился маме дедов друг, привстав со стула.
- Да, мир тесен, - равнодушно сказала мама входя усталой походкой на кухню и увидев меня добавила:
- Антошка, а ты чего тут, а ну марш спать! Совсем разболтался, уже десять скоро...
Я нехотя ретировался в свою комнату, но ложиться пока не торопился, а решил по обыкновению посмотреть перед сном Борькин диск с порнушкой. Дверь у меня осталась слегка приоткрытой и я слышал все, что происходило на кухне, и это вскоре стало для меня гораздо более занимательным, чем самое жесткое порно в мире.
- Присаживайся, Тамар, - пригласил дед маму за стол, - стопку с нами не желаешь?
- Да нет, я чаю выпью и спать пойду, устала я что-то...
- А может все-таки за знакомство пропустите рюмочку? - настаивал дядя Степан.
- Ну ладно, чтоб спалось крепче, одну можно - согласилась мама.
Послышалось кряхтение, какое издают обычно люди, только что выпившие водку.
- Ой, дате закусить чем, - попросила мама, на что дед ответил:
- После первой не закусывают!
- Это вы, люди привычные, не закусываете, а я водку редко пью, - сказала мама, что-то жуя.
- Семеныч, давай за твою очаровательную дочь теперь выпьем! - предложил деду приятель.
- А вот ты и промахнулся! Тамара не дочь мне, а сноха, - смеясь заметил дед.
- Тогда за сноху, вернее за семью твою в целом! - не унимался дядя Степан.
- Ну, наливай! - ответил дед, - и ей тоже!
- Нет, мне хватит! - запротестовала мама.
- Как так! За семью не выпьешь? Ну это грех вообще!
- Ладно, мальчики, по последней и я спать.
Снова на время воцарилась тишина, а затем опять послышалось кряхтенье, а потом мама сказала:
- Ну все, спокойной ночи!
- Не покидайте нас! Прошу! Хотите на колени встану! - опять оживился дедов приятель.
- А вы потом с них подняться сможете? - ехидно заметила мама.
- Обижаете!
Послышалась какая-то возня (это видимо дядя Степан всеж таки плюхнулся на колени) и чмоканье.
- Целую Вам руки, принцесса!
- Ну тогда уж не принцесса скорей, а королева! - усмехнулась мама.
- А если Вы - королева, то я падаю ниц и целую ноги!
- А вот это уже лишнее, - возразила мама, - Иван Семенович, уймите своего приятеля!
- Хорошо, ну тогда ты по третьей с нами дернешь? На посошок?
- Ну что с Вами поделаешь...
- Наливай! - снова скомандовал дед.
Судя по звукам, они опять уселись за стол и выпили еще по рюмке.
- Ну все, я пошла, а то в голове уже шумит, - сказала мама.
- А как же чай? Вон чайник уж вскипел давно! - робко заметил дед.
- А чай после водки можно разве? - осведомилась мама.
- А почему нет, чай - не пиво, да и мы с Вами выпьем по чашке, - присоединился к деду его приятель.
- Ладно, чай так чай...
Они расставили чашки разлили по ним чай и стали его пить, беседуя о всякой ерунде, потом мама сказала:
- Я вон вторую чашку уже осушила, а вы чего-то не пьете совсем?
- Чай не водка - много не выпьешь! - отшутился дед.
- Ой, чего-то развезло меня, ноги как ватные и голова закружилась - пожаловалась мама.
- Разрешите проводить Вас, так сказать, до постели, - вызвался дядя Степан.
- Да мне бы еще в ванну зайти по дороге, нет уж я сама...
Мама попыталась встать, после чего раздался звон падающей посуды.
- Тихо, тихо! Мы Вас проводим, - суетливо заговорил дедов приятель.
- Только не надо меня лапать, - послышался пьяный голос моей мамы, - меня и так уже сегодня в транспорте всю облапали.
- Трудно удержаться, когда рядом с тобой такая красота, - заметил дед.
- А я так и подумала, что это были наверное Вы, Иван Семенович! Красотой нужно любоваться прежде всего и не обязательно ее руками трогать.
- Да где ж тут полюбуешься, коль под одеждой ничего не видно, - парировал дед.
- Вы это что, меня на стриптиз подбиваете? - засмеялась мама, - и не стыдно Вам?
- А причем тут стыд? - искренне изумился дед, - Вон, когда в музее народ на статуи голые любуется, им чай не стыдно.
- Кому? Статуям? - снова засмеялась мама, - ладно, сделаю вам сюрприз на старости лет, пустите, сейчас приду.
Проходя по коридору мама заглянула в мою комнату, но я уже давно предусмотрительно разделся и лег в кровать, поэтому она спокойно закрыла мою дверь, но я тихо встал и снова приоткрыл ее.
- Ты, чего ей в чай то подмешал? - спросил дядя Степан у деда.
- Да, так, травку одну из деревни привез, - ответил тот.
Мне было страшно любопытно, что там делает в спальне мама, поэтому я осторожно прокрался по коридору в комнату родителей и заглянул туда украдкой. Мама стояла у зеркала в красивом кружевном белье, на высоких каблуках и натягивала на себя свое любимое вечернее платье в обтяжку. У меня перехватило дыхание от мысли о том, что может быть дальше и я стремглав кинулся в свою комнату, затаившись там. В коридоре раздалось цоканье маминых каблучков и под восторженные вздохи стариков она вошла на кухню.
- Ну как, Иван Семенович, одобряете выбор Вашего сына? - обратилась она к деду и сделав паузу добавила:
- Я имею в виду платье.
- Одобряю и завидую, - отозвался дед, - вкусу моего сына.
- И это тоже его подарок, - заявила мама, судя по шуршанию, снимая платье и демонстрируя нижнее белье.
- Потрясающе! - воскликнул дядя Степан.
- А дальше? - спросил дед.
- А дальше я иду в ванну и ложусь спать, - твердо сказала мама.
- Э нет, стриптиз, так стриптиз! - не согласился с ней дед.
Послышалась какая-то возня.
- Что вы делаете? Мы ж договорились руками не трогать! Только любоваться! - заголосила мама.
- А мы сейчас и полюбуемся, - ответил ей дед и продолжил, обращаясь к своему приятелю:
- Степ, я держу ее, а ты трусы с нее стягивай!
- Я буду кричать! Антошка проснется!
- Да? И что он увидит? Как его мамаша в пьяном угаре перед пожилыми людьми голышом вертится?
- Пустите, сволочи...
Дальше послышалось лишь мамино мычание и шлепки по голому телу.
- А-а! Хороша! - выдохнул дядя Степан.
- Погоди, ты чего тут ее собрался чтоль пялить, понесли ее в спальню!
Я пытался разглядеть сквозь щель в дверном проеме, как двое стариков несут мою обнаженную мамашу в спальню, чтобы оттрахать ее, но в темноте промелькнули лишь их силуэты. Дверь родительской спальни плотно закрылась до утра.
Надо ли говорить, что спалось мне в ту ночь не важно. Я то и дело просыпался и прислушивался к происходящему в родительской спальне, но ничего расслышать не мог. В конце концов усталость взяла свое и я погрузился в забытье...
Среди ночи меня будто бы разбудил тревожный голос матери:
- Нет! Что еще вы задумали?!
- Ну-ка, Степ, подержи ее, я за Антошкой схожу, - сказал дед.
- Не-е-ет!!! - раздался срывающийся на плачь, крик моей матери. Потом послышались удары ладоней по щекам и хриплый бас дяди Степана:
- Заткнись шлюха! В жизни все нужно попробовать.
Дед заглянул в мою спальню:
- Антоха, знаю, что ты не спишь и все слышишь... пойдем... покажу чего...
Я привстаю на кровати и следую за дедом в родительскую спальню, наблюдая по дороге как по его спине сверкая в темноте скатываются капли пота... он зажигает свет...
Моя мама лежит абсолютно голая на своем супружеском ложе, а толстый и лысый дядя Степан, так же голый, одной волосатой рукой зажимает ей рот, а другой держит ей руки, пытаясь одновременно ногой разжать плотно сомкнутые мамины коленки.
- Брыкается, стерва! Давай, Вань, вместе, - обращается он к деду.
Дед ложиться по другую сторону от моей мамы и помогает обездвижить ее окончательно, зафиксировав мамины ноги в раздвинутом положении. Я медленно стаскиваю с себя трусы, обнажая свой возбужденный член и начинаю приближаться к маме в каком-то исступлении.
- М-м-м-м!!! - мычит она, пытаясь освободиться от держащих ее рук, но тщетно. Ее глаза испуганно и умоляюще смотрят на меня, но я непреклонен.
Я пристраиваю свой инструмент к ее хлюпающему лону и вгоняю его туда что есть силы, глядя как вздымается от участившегося дыхания ее красивая грудь. Я буквально скольжу между ее бедер по бархатистой коже, забывшись в сладкой истоме... немного отойдя от первого кайфа и приподнявшись на руках, я вдруг вижу, что дед с приятелем уже не держат ее, а тискают ее груди, а она попеременно сосется с ними, своими руками лаская их набухающие члены. Видя такую картину, я начинаю кончать, изливая в нее море моего семени...
Я проснулся, от того, что у меня в плавках было мокро. Я быстро сообразил, что это была поллюция, вызванная моим сновидением. Обнаружив, что уже рассвело, я сменил трусы и решил все же заглянуть в родительскую спальню и как можно осторожнее, боясь малейшего шороха, приоткрыл дверь туда...
То, что я там увидел, чуть не заставило меня упасть в обморок. На кровати моих родителей лежала моя мама в обнимку с дядей Степаном, закинув на него ногу! А дед, лежат от нее по другую сторону, положив руку ей на бедро. При этом они были полностью голыми и не прикрыты одеялом или простыней! Тут моя мама слегка пошевелилась и я опрометью кинулся в свою комнату, зарывшись там под одеялом. Слегка успокоившись, я стал прислушиваться и услышал как моя мама медленно встала с кровати и со словами: "Боже, что я вчера наделала!", накинув халат, отправилась в ванну.
Пока она умывалась, проснулись и дед с дядей Степаном. Судя по их неразборчивому бурчанию, состояние у них было не из лучших, но тем не менее они быстро поднялись, оделись и отправились на кухню "залечивать раны" крепким чаем. Пока они были там, мама вышла из ванны и стала торопливо собираться на работу. Она хотела выскочить из квартиры незамеченной, но дядя Степан перехватил ее в коридоре:
- Куда же Вы, королева, не попрощавшись?
- Не надо! Пустите, хватит! Мне и так не по себе после вчерашнего...
- Королеве стыдно за подаренную нам ночь любви? Ну а чая попить ей с нами не стыдно?
- Нет, я на работе попью, - отбивалась моя мама.
- Тамар, иди, выпей чайку! Человеком себя почувствуешь! - послышался голос деда с кухни.
Мама молча последовала его призыву. Было слышно как она пила чай нервными глотками в полной тишине, потом послышалось какое-то движение на кухне.
- Степан, перестаньте! - заговорила вдруг мама, - Вы понимаете, что мне трудно пережить то, что случилось!
- Да ладно, королева, - послышался вкрадчивый голос дедова приятеля, - вчера Вы просили, что бы я не останавливался, а теперь уже "трудно пережить"...
- О, боже! - воскликнула моя мама и ее возглас был прерван звуком поцелуя. Потом отчетливо слышалось сосредоточенное стариковское пыхтение и вздохи моей матери, шелест слетающей одежды и звон посуды на столе.
- Иди ко мне, моя сладкая! - заурчал дядя Степан.
- Не надо... Антошка... проснется... - прерывисто заголосила моя мама.
- После вчерашней прогулки, он как сурок часов до десяти проспит, - успокаивал ее дед, - так что можешь совсем раздеться.
- О, что я творю! - судорожно застонала мама. Послышался треск раздираемой ткани и шлепки по голому телу.
- О хорошо то как, молодуху драть! - зарычал дядя Степан, - смотри, как тащится! Видно сынок твой ее не дотрахивает...
- Ну еще! Не останавливайтесь, пожалуйста! - завизжала моя мама в ответ на его слова.
- Все, не могу больше... - взмолился приятель деда, - я спустил уже. Давай ты!
- Да не, мне вчерашнего хватило, - отнекивался дед.
- Иван Семенович, возьмите меня! - заверещала вдруг мама каким-то не своим голосом, - дайте мне то, чего мне не хватает с вашим сыном!
- Ну ты и шлюха, Тамарка! - отозвался дед, - раздвигай ляжки пошире! Коль сынок не справляется, я подсоблю...
Послышалось напряженное сопенье деда, плавно переходящее в вой, издаваемый моей матерью.
- Степа, рот ей заткни полотенцем, а то она так весь дом разбудит! - распорядился дед, не сбавляя темпа. Я был в шоке: моя скромная мама во всю кончала на кухонном столе под дедом!
Вечером, когда вернулся отец, мама и дед вели себя так, как будто между ними ничего никогда не было и в помине и я тоже ничем старался не выдать, что мне известна их тайна, однако дед очевидно о чем-то догадывался, потому что когда мы ложились спать, он вдруг сказал мне, залезая к себе наверх с хитрым прищуром на лице:
- Все-таки телевизор лучше чем радио, согласись. Я про то, что смотреть и слушать лучше, чем просто слушать, а еще лучше самому участвовать.
Я долго лежал пытаясь заснуть, но сон ко мне не шел. Я размышлял на тему - как мне относится к своей собственной матери, если она ведет себя столь бесстыдным образом? С одной стороны мне казалось, что она перестала быть для меня матерью в том смысле, в каком была раньше и я мог теперь взглянуть на нее просто как на самку, с другой стороны: мать - это все же мать.
Вдруг дверь приоткрылась и на пороге моей комнаты появилась мама. Я мгновенно закрыл глаза, притворившись, что давно и крепко сплю. Мама тихо наклонилась надо мной и поправила на мне одеяло. В этот момент наверху зашевелился дед. Мама мгновенно выпрямилась и неожиданно для себя оказалась у деда между ног, свисающих с верхней кровати. Я слегка приоткрыл глаза и мог видеть, как дед положил маме ноги на плечи, хотя мамино лицо было скрыто от меня верхним ярусом кровати.
- Ой, Иван Семенович, не начинайте лучше! - прошептала с тревогой в голосе моя мама.
- Да ладно, не боись, на ко вот, оближи лучше. - так же шепотом ответил дед.
Сверху послышались чавкающие звуки, издаваемые маминым ртом и довольные вздохи деда.
- Иди ко мне! - попросил он ее томно.
- Да Вы что! Антошка тут внизу спит... и Петя дома сегодня...
- А чего ты тогда пришла сюда, а? Скажешь сына проведать? - ехидно усмехнулся дед и опустив сверху руки стал стягивать с нее ночную рубашку.
- Застукают нас, как пить дать! - пискнула мама.
- И тебя от этого заводит, не так ли? - заметил в ответ дед.
- Ох, не могу больше! - сказала мама и полезла наверх, виляя перед моим лицом обнаженными бедрами, меж которых красовался черный треугольник густых волос.
Верхняя кровать задергалась и слегка заскрипела, заглушая тихие стоны моей мамы.
- Ща Антошке братика или сестричку заделаем невзначай - прошептал дед, - и Петру моему *****очек тоже братиком будет... или сестричкой...
- Да! - с придыханием отозвалась мама. После этого кровать наверху затряслась быстрее, а потом вдруг все неожиданно затихло...
Спустя минуту мать слезла в низ и с причитаниями: "О, господи! Что ж я делаю то!" натянула начнушку и удалилась восвояси, а дед мерно захрапел. "Я тоже хотел бы себе братика сделать... себе и отцу... " - возникла крамольная мысль у меня в голове, выскочив откуда-то из глубин подсознания, и я стал неистово дрочить...
На следующий день папа был выходным и мы с ним вместе смотрели футбол по ящику. В это самое время, кто-то позвонил в дверь.
- Антон, это к тебе - сказала мама.
Недовольно буркнув, я вышел в коридор, гадая о том, кого принесла нелегкая. Ну конечно это был Борька!
- Здорово, Пепел! Че делаешь? - поприветствовал он меня, переступая порог квартиры
-Да так, футболян зырю, - ответил я.
- Понятно, дисочек то мой посмотрел?
- Пошли, отдам.
Мы прошли ко мне в комнату, где наверху лежал дед, читая газету.
- Здрасте! - промямлил Борька.
- Здорово, коль не шутишь! - как всегда с хитрым прищуром, кивнул ему дед и затем продолжил:
- Я дед Антошкин, из деревни погостить приехал, а ты стало быть Борис?
- Ага, - разинул рот мой приятель, поражаясь осведомленности деда - а Вы откуда знаете меня?
- Как же, наслышан, небось фотки свои порнушные пришел забрать?
Борька с недоумением поглядел на меня.
- Не боись, дед свой, - успокоил я его деловито.
- Да, мы вот с Антохой давеча говорили на счет того, что фотки у тебя хороши конечно, но живая баба лучше всяких фоток, - принялся рассуждать дед
- Да уж, мечтать не вредно, - криво улыбнулся Борька.
- Хе, мечтать говоришь? - сказал дед, снова хитро прищурившись, - а ну- ка Антон, сбегай за мамкой на кухню! Скажи мол дед завет...
Сердце у меня екнуло, но тем не менее я выполнил просьбу деда и позвал ничего не подозревающую маму к себе в комнату, однако сам по дороге замешкался услышав, что по телеку на футбольном поле разыгрывали угловой, и когда подошел к двери вслед за мамой, то она оказалась запертой изнутри. Что происходило за дверью моей комнаты в эти минуты мне оставалось только догадываться, ибо расслышать я ничего не мог. Я стоял так под дверью минут десять- пятнадцать, а в соседней комнате чертыхался мой отец, глядя как его любимая команда никак не может забить и ничего не подозревая о том, что его жена заперлась в комнате сына в интересной компании. "Что же там происходит?"- задавал я себе вопрос. И мое воображение рисовало мне в ответ мою обнаженную мать, которая бессовестно раскинув ноги отдается Борьке на моей кровати, а тот с наглой раскрасневшейся рожей пялит ее своим отростком, обхватив своими потными ладошками ее роскошные ягодицы...
Мой поток фантазий был прерван внезапно распахнувшейся дверью из-за которой закрыв одной рукой лицо, а другой придерживая полы распахнутого халата, вырвалась моя мама и опрометью бросилась в ванну, а я шагнул за порог комнаты, увидев там застегивающего с ошарашенным видом штаны Борьку и довольно ухмыляющегося деда. Борька ни говоря не слова, схватил валявшийся на столе диск и выбежал из квартиры, сильно хлопнув входной дверью. В углу, возле кровати валялись разорванные трусы мой мамы.
- Что тут было? - спросил я деда, нервно сглотнув слюну.
- Да ничего особенного, - пытался успокоить меня дед - помусолил он об нее чуток и кончил промеж сисек.
- А она чего?
- А она... ты пойми, Антош, что она - прежде всего баба...
На следующий день было воскресенье и я в компании деда и мамы с утра отправился прогуляться по парку. Мать пошла с нами, видимо по той причине, что не хотела оставаться дома наедине с отцом, так ее мучила совесть, да и мне в лицо она смотреть избегала. Идя вдоль по тенистой алее, мы вышли в безлюдный уголок, к пруду, где плавали утки. Там мы остановились возле ограды, чтобы понаблюдать за ними.
- Ой, надо было хлеба взять, покормили бы их, - как бы невзначай сказала мама.
- Да ладно, Тамар, их и так тут уже поди закормили, - заметил дед, обнимая маму за талию, - тут у них вообще не жизнь наверное, а сплошная лафа. Жри, да любовью занимайся!
- Иван Семенович, при Антоне будьте по аккуратней пожалуйста, в выражениях, - строго осадила его мама, снимая его руку со своей талии.
- А чего мне Антона то стесняться? Или мы с ним не родня? - усмехнулся дед и мягко шлепнул маму по заду. Она зарделась румянцем и повернувшись к деду процедила сквозь зубы:
- Иван Семенович, прекратите! Не доводите до скандала... по хорошему прошу.
- Ишь, ты! Сына застеснялась? А дружку его себя вчера везде лапать давала, во всех местах...
Тут мама заревела, закрыв лицо руками и бросилась стремительным шагом по пустынной алее прочь от нас.
- Зачем ты так с ней? - с укором обратился я к деду, поскольку был ошарашен его выходкой не меньше мамы.
- Не дрефь, Антон! - спокойно ответил мне дед, подмигнув - сейчас она будет наша!
От его последних слов меня передернуло, но я все равно кинулся за ним следом, когда увидел, что он отправился догонять маму. Поравнявшись с ней, дед схватил маму под руку и завлек ее в придорожные заросли, не смотря на мамины протесты, а я остановился подле и стал наблюдать за происходящим из-за кустов.
- Пусти! Антон же рядом! - вырывалась мама из его цепких объятий, но дед был неумолим:
- А что? Думаешь, он ничего не знает? Все он знает, и про нас с тобой, и про Степана, и про Борьку. Не надо его за сосунка держать!
Дед прижал маму к дереву и стал ее страстно целовать в губы, стягивая бретельки сарафана.
- Не может быть! - завопила мама, пытаясь освободится из последних сил, - я не верю!
- Не веришь? - сказал дед деловито, поглаживая обнаженные мамины бедра, - а давай его самого спросим... Эй, Антон, я знаю, что ты тут! Подойди к нам!
Я медленно, на ватных ногах, будто зомби, появился перед ними из-за кустов, стараясь не поднимать головы, но все равно, не выдержав, украдкой взглянул на маму. Она была прекрасна с обнаженными плечами, задранным подолом, со слегка приоткрытым ртом и изумленным и испуганным одновременно выражением глаз.
- Скажи, - робко проговорила мама, - ты... ты знаешь про нас все?
Я молча кивнул ей в ответ.
- Откуда? Ты наблюдал за мной? Когда. . когда я... - мама не смогла закончить фразы, так как дед помешал ей, сдернув с нее резким движением сарафан. Мама вздрогнула при этом и обняла себя руками, стараясь прикрыть наготу, хотя на ней еще оставались лифчик, трусики, босоножки и украшения.
- Да! - набравшись смелости, уверенно заявил я, - Я все знаю!
Мама подняла глаза в верх на какое-то время и стояла так молча, размышляя о чем-то, потом резко опустила вдруг голову, тряхнув волосами и смерила меня томным взглядом.
- Ну и как ты ко мне относишься теперь... после всего этого? - спросила она меня неровным, слегка хрипящим голосом.
- Еще не знаю, - ответил я.
- Ничего, трахнешь ее сейчас и все узнаешь! - сказал дед, заводя мамины руки за дерево и привязывая их там ремешком от ее же сумочки.
- Нет, Антон не такой, он не сделает этого, правда *****? - суетливо заговорила мама, сама не веря своим словам.
- Это почему не сделает? Что он пидор что ль или импотент? Что ж не трахнуть то такую бабу, когда есть возможность, да Антох? - подмигнул мне дед, - Хочешь ее сам до конца раздеть?
- Сначала я сам разденусь, - твердо сказал я.
- Нет, Антошенька, не надо, я же тебя... ты же часть меня... - захныкала мама, глядя как я обнажаюсь.
- Ты, Антох, ее не слушай, все они так говорят, мол "нет, не надо" - продолжил свои рассуждения дед, - но это только по началу. Вот вчера перед Борькой она тоже мялась, мне ее аж держать пришлось, а потом, как он с нее трусы сорвал, да свой огрызок вынул, она аж заскулила от счастья.
- Нет, нет! Я не такая! - причитала моя мама в истереке, мотая головой из стороны в сторону.
Я не мог больше выдержать и набросился на нее со вздыбленным членом, срывая мамино белье.
- Там... в автобусе... это был я! - прошептал я ей на ухо и тут же вставил в ее лоно свой разбухший стержень. Мама зажмурилась широко открыв рот и стала прерывисто дышать в такт моим конвульсивным движениям между ее бедрами. Я кончал в мою первую женщину, скуля при этом как щенок и на самом пике истомы я схватил ртом ее грудь и стал неистово сосать ее.
- Что ж ты, детство небось вспомнил, в сиську так впился! - усмехнулся уже так же успевший раздеться дед, отодвигая меня в сторону. - А ну-ка, дай я ей засажу!
С этими словами он обхватил обеими руками ее ягодицы и насадил маму на свой мощный ствол. Он трахал ее размеренно, меняя темп, со знанием дела, доставляя тем самым маме немыслимое наслаждение. Я стоял рядом и смотрел как она закатывает глаза, потом стал гладить ее...
- Антошка, поцелуй меня в губы... пожалуйста! - вдруг взмолилась моя мама и я приподнявшись на цыпочках, прильнул к ее рту свом, запустив язык ей во внутрь. В этот момент дед вдруг кончил.
- А-а-а! - зарычал он изливая ей свое семя и похлопывая маму по ляжкам.
- Антон, возьми теперь ты меня еще раз! Смелее! Не думай о том, что я твоя мать... я... я больше тебе не мать, тебе мать не нужна, ты вырос уже совсем... смотри какой у тебя член большой... тебе не мать нужна, а женщина, баба... которую можно вот так вот бесцеремонно трахать...
Моя мама была как в бреду, она смотрела на меня горячим взглядом, струйки пота бежали по ее лицу. Я не заставил себя долго ждать и снова пристроился между ее ног, почувствовав, как они сомкнулись за моей спиной...
- О, боже! - застонала мама, когда я вторично вошел в нее, - обними меня крепче, *****...
Она стала кончать почти сразу, шепча при этом, чтобы я засунул ей глубже и обязательно достал до матки, оросив ее своей спермой. Получилось ли это у меня - сказать не могу, ибо все происходящее расплывалось передо мной в тумане...
- Ну ладно, пойдем дальше гулять! - сказал мне дед, когда мы оделись.
- Постойте! - вдруг спохватилась все еще прибывавшая в неге мама, - меня то развяжите!
- А зачем? - равнодушно ответил ей дед, - мы попользовались, вдруг еще кому-то захочется.
- Нет, не шутите так, Иван Семенович! - возмутилась мама - Я... я кричать буду!
- Кричи! Место глухое, может бомжи какие на крик и прибегут, позабавятся... Ай да, Антоха!
И мы с дедом пошли не оборачиваясь и не обращая внимания на просьбы и мольбы моей мамы не бросать ее, а она осталась стоять голой, привязанной к дереву ремнем собственной сумочки.
11年前
