Фиалочка
ечер медленно опустился на деревню. Стук каблучков не был слышен на грунтовой тропинке, коими минуту назад она совсем недавно перестукивала по мостовой. Ветерок развевал челку волос и немного отгонял усталость пройденного рабочего дня. Дома было тихо и пустынно, поэтому не хотелось торопиться. Время сбора урожая уже прошло, но на грядках еще цвели поздние цветы. Их было много не только на огороде и дома, но и на работе, отчего и прилепилось прозвище «фиалочка». Но звали ее просто Людмила. Почти как в старой русской сказке. Многие просто звали Мила, сокращая начальную часть, а близкие называли просто Людочкой. В руке у нее был очередной букет, который она бережно несла домой. Он был от ее учеников, оставшийся от прошедшего профессионального праздника.
Профессию преподавателя она выбрала случайно, да и работала не очень долго. До этого работа была нудной и порой скучной, вызывающей нехорошее чувство зависти. Она редко про нее вспоминала, но лишь спустившись в метро и окинув взглядом, вестибюль часто натыкалась на киоск о продаже билетов на концерты и театр.
Она часто с грустью провожала влюбленные парочки с билетами и предвкушала, как они, обнявшись, сидят в полутемном театральном зале вплотную друг к другу и почти не слышат того, о чем вещают на сцене. Они поглощены друг другом. Его большие и крепкие пальцы поглаживают ее ладонь на подлокотнике. Она ощущает его терпкий мужской аромат. Смесь из одеколона и чего-то терпкого, что ей так нравится. Его дыхание ощущается на щеке и мочке уха и от этого начинает кружиться голова.
На сцене происходит движение, смена мизансцен, но она этого не замечает. Кажется, она уноситься куда-то далеко, на легком облаке.
Его пальцы все так же поглаживают, но уже все дальше к локтю и по коже пробегают мурашки от прикосновений, одновременной теплоты и прохлады полутемного зала.
Людмила и сама прикрыла глаза и даже немного вздрогнула от вопроса.
- Есть ли билеты на спектакль?
Перед окошечком стояла очередная дама в легкой шляпке и загадочно улыбалась, прочитав в ее глазах флюиды минутного переживания.
- Да, пожалуйста, Вам в партер или на балкон?
Продав очередные «два билетика» она вновь захотела вернуться в то мгновение, что было минуту назад, но перед глазами были только отметки о проданных местах и сложенные в стопку монетки.
Так проходил день за днем. После смены она шла в «вечерку», где наравне со всеми постигала азы среднего образования. Из-за недуга она окончила только восемь классов, но потом решила наверстать упущенное и как в фильме «Большая перемена» все так же беззаботно спешила в школу по вечерам с такими же взрослыми одноклассниками. Там она нашла несколько друзей и даже провела несколько приятных вечеров, но это быстро закончилось с получением аттестата. Она не стала останавливаться на достигнутом и подала документы в педагогический. Ей нравилось бывать в школе, возиться с детьми, хотя и понимала всю трудность и тяжесть работы педагога. Но это было гораздо интереснее того, как сидеть и смотреть на удаляющихся по вестибюле парочки с билетами в руках. Впрочем, в театре она тоже была, но в основном одна. Брала один из не проданных билетов и, когда оставался час до премьеры бежала, перепрыгивая ступеньки, не замечая мигание светофоров и сигналы машин. А когда начинался дождь, просто снимала туфли и бежала прямо по лужам, одаривая прохожих своей солнечной улыбкой и лишь подбежав к театру, понимала, что с ног стекают капельки воды, а платье прилипло к телу огибая все округлости. Но она не замечала взглядов, поскольку хотела окунуться в мир Мельпомены и уже по наитию находила свое место и опускалась в него с третьим звонком. Свет гас, и на сцене начиналось действие. Так было и в тот раз, когда она в темноте почувствовала легкое прикосновение, и казалось, что сердце замерло, а потом забилось часто-часто, готовое выпрыгнуть из груди.
Она испугалась того прикосновения и вскочила с места, чем вызвала недовольные шептания соседей и лишь потом, дома, захотела вернуться, но было уже поздно, о чем она жалела много раз, все так же оставаясь в мире грез.
(Продолжение следует)….
Профессию преподавателя она выбрала случайно, да и работала не очень долго. До этого работа была нудной и порой скучной, вызывающей нехорошее чувство зависти. Она редко про нее вспоминала, но лишь спустившись в метро и окинув взглядом, вестибюль часто натыкалась на киоск о продаже билетов на концерты и театр.
Она часто с грустью провожала влюбленные парочки с билетами и предвкушала, как они, обнявшись, сидят в полутемном театральном зале вплотную друг к другу и почти не слышат того, о чем вещают на сцене. Они поглощены друг другом. Его большие и крепкие пальцы поглаживают ее ладонь на подлокотнике. Она ощущает его терпкий мужской аромат. Смесь из одеколона и чего-то терпкого, что ей так нравится. Его дыхание ощущается на щеке и мочке уха и от этого начинает кружиться голова.
На сцене происходит движение, смена мизансцен, но она этого не замечает. Кажется, она уноситься куда-то далеко, на легком облаке.
Его пальцы все так же поглаживают, но уже все дальше к локтю и по коже пробегают мурашки от прикосновений, одновременной теплоты и прохлады полутемного зала.
Людмила и сама прикрыла глаза и даже немного вздрогнула от вопроса.
- Есть ли билеты на спектакль?
Перед окошечком стояла очередная дама в легкой шляпке и загадочно улыбалась, прочитав в ее глазах флюиды минутного переживания.
- Да, пожалуйста, Вам в партер или на балкон?
Продав очередные «два билетика» она вновь захотела вернуться в то мгновение, что было минуту назад, но перед глазами были только отметки о проданных местах и сложенные в стопку монетки.
Так проходил день за днем. После смены она шла в «вечерку», где наравне со всеми постигала азы среднего образования. Из-за недуга она окончила только восемь классов, но потом решила наверстать упущенное и как в фильме «Большая перемена» все так же беззаботно спешила в школу по вечерам с такими же взрослыми одноклассниками. Там она нашла несколько друзей и даже провела несколько приятных вечеров, но это быстро закончилось с получением аттестата. Она не стала останавливаться на достигнутом и подала документы в педагогический. Ей нравилось бывать в школе, возиться с детьми, хотя и понимала всю трудность и тяжесть работы педагога. Но это было гораздо интереснее того, как сидеть и смотреть на удаляющихся по вестибюле парочки с билетами в руках. Впрочем, в театре она тоже была, но в основном одна. Брала один из не проданных билетов и, когда оставался час до премьеры бежала, перепрыгивая ступеньки, не замечая мигание светофоров и сигналы машин. А когда начинался дождь, просто снимала туфли и бежала прямо по лужам, одаривая прохожих своей солнечной улыбкой и лишь подбежав к театру, понимала, что с ног стекают капельки воды, а платье прилипло к телу огибая все округлости. Но она не замечала взглядов, поскольку хотела окунуться в мир Мельпомены и уже по наитию находила свое место и опускалась в него с третьим звонком. Свет гас, и на сцене начиналось действие. Так было и в тот раз, когда она в темноте почувствовала легкое прикосновение, и казалось, что сердце замерло, а потом забилось часто-часто, готовое выпрыгнуть из груди.
Она испугалась того прикосновения и вскочила с места, чем вызвала недовольные шептания соседей и лишь потом, дома, захотела вернуться, но было уже поздно, о чем она жалела много раз, все так же оставаясь в мире грез.
(Продолжение следует)….
8年前
